Последние новости

Последний из «черных»

Хотите видеть больше наших новостей и видео? Подписывайтесь на наш новый канал в телеграм: https://t.me/isralikeorg

На прошлой неделе на 96-м году ушел в вечность Ицхак Шошан — последний из легендарных мистаарвим — «псевдоарабов», работавших в 1948-1950 гг. в Ливане, Сирии и Иордании. В 1996 году автору этих строк посчастливилось побеседовать с Ицхаком Шошаном, но я тогда так мало знал об истории Израиля и еще меньше об истории его спецслужб, что интервью получилось провальным. Так что сейчас мне пришлось восстанавливать его биографию, в основном, по книгам и официальным сайтам. Но время для рассекречивания всех подробностей его жизни пока не пришло

Что известно совершенно точно, так это, что Ицхак Шошан родился в 1924 году в сирийском городе Халебе (Алеппо), в семье, которая по понятиям того времени относилась к среднему классу. Подростком он вошел в кружок местных сионистов, несколько раз пытался нелегально пробраться в Эрец-Исраэль, но удалось ему это только в 1942 году.

Однако ступив, наконец, на родную землю, Шошан очень скоро понял: местные евреи считают, что выходцы из мусульманских стран пригодны только для самой грязной работы. (Я хорошо помню этот фрагмент нашей беседы, помню, как ощутил тогда всю горечь обиды сефардов на ашкеназов и подумал, что мой собеседник малость преувеличивает. Я придерживаюсь такого же мнения и сегодня: есть немало фактов, опровергающих подобное мнение.) Словом, оказавшись в Тель-Авиве, Ицхак начал свою карьеру с продавца зелени на рынке. Но в свои восемнадцать он уже точно знал, чего хочет и чего нет. Он не хотел провести всю жизнь, работая зеленщиком на рынке, и хотел послужить делу создания еврейского государства.

Ему повезло: как раз в это время ПАЛМАХ искал молодых людей, свободно владеющих арабским языком и с соответствующей внешностью, для создания нового специального отдела — для работы, прежде всего, среди арабов все еще подмандатной Палестины. Сотрудники этого отдела и получили название мистаарвим, поскольку они должны были вести себя, как арабы, говорить, как арабы, и жить среди арабов. Пальмахники между собой презрительно называли их «черными», или, если угодно, «черномазыми». Ицхак, как и его товарищи по отделу, крайне болезненно переживал такое отношение, хотя, разумеется, не показывал вида.

Обучение мистаарвим велось ускоренными темпами: за несколько дней им предстояло ознакомиться с различными видами взрывчатки и оружия, с системами связи. Причем все занятия, за исключением разве что сборки и разборки пистолетов, были исключительно теоретическими. Применить полученные знания на практике предлагалось самостоятельно. Еще несколько уроков было посвящено Корану и умению молиться в соответствии с исламской традицией. Но их не научили даже основам разведдеятельности: ни тому, как вербовать агентов, ни тому, как замечать увязавшуюся за тобой слежку, — ничему!

— Между тем, искусство разведчика заключается, прежде всего, в актерском мастерстве, — говорил Ицхак Шошан. — Разница лишь в том, что актер в театре отыграл роль, смыл грим и пошел домой, а ты должен играть свою роль 24 часа в сутки на протяжении нескольких лет.

Поначалу основную часть группы направили в Хайфу. Приближалось время провозглашения независимости Израиля, ситуация в городе была неспокойной, местные арабы готовили восстание, а без Хайфского порта еврейское государство было просто нежизнеспособно.

Первое задание Шошана было простым: сделать снимки нескольких объектов в арабских кварталах, которые, как предполагалось, могли стать штабами восстания. Для его выполнения Ицхаку дали очень дорогой американский фотоаппарат. «Сам можешь погибнуть, но аппарат должен быть возвращен в ПАЛМАХ!», — сказал, напутствуя его, командир. Ицхак всю жизнь считал, что если это и была шутка, то из тех, в которой только доля шутки.

В феврале 1948 года в руки Хаганы попала информация о том, что арабы Хайфы приготовили машину, начиненную 400 кг взрывчатки, чтобы взорвать ее в самом сердце еврейского квартала. Ицхаку Шошану и его напарнику – впоследствии одному из самых великих разведчиков Израиля Якубе Коэну — было поручено установить местонахождение машины и обезвредить ее. После двух напряженных дней поисков они обнаружили машину-мегабомбу в одной из самых больших авторемонтных мастерских города — для теракта арабы подготовили карету «скорой помощи».

План операции созрел у Якубы Коэна мгновенно. По его просьбе ПАЛМАХ начинил 300 килограммами взрывчатки точно такой же амбуланс. Коэн заехал на нем в мастерскую, сказал, что в дороге произошла поломка, и нужен срочный ремонт. Один из рабочих что-то заподозрил и потребовал от незнакомого водителя, чтобы тот убирался.

— Да как ты смеешь мне, бойцу, только что вернувшемуся из Дженина, где я воевал с сионистами, что-то указывать?! — в ярости заявил Якуба Коэн. — В общем, я паркуюсь!

Затем, улучив момент, он вышел из мастерской, сел в машину, где его с нетерпением дожидался Ицхак Шошан, и когда они немного отъехали, нажал на кнопку взрывателя. Взрыв был такой оглушительной силы, что от мастерской не осталось и следа. В результате диверсии 30 человек погибли и более 70 получили ранения, но теракт в еврейском квартале был предотвращен.

Другая их операция — по ликвидации одного из лидеров хайфских арабов Мухаммеда Нимара аль-Хатиба — была менее успешной. После покушения тот выжил, но бежал в Сирию и назад уже не вернулся. Ну, а затем был взрыв автобуса с приближенными муфтия Иерусалима Хаджи Амина аль-Хусейни на центральной автобусной станции в Рамле…

В апреле 1948 года ПАЛМАХ взял Хайфу под полный контроль, и арабское население стало покидать город. Командование «Хаганы» решило использовать этот момент для укрепления агентурной сети в арабских странах, и Ицхак Шошан с тремя товарищами получили задание переправиться в Ливан и обосноваться в Бейруте.

Теперь его звали Абдул-Карим Мухаммад Сидки, а Гамлиэля Коэна, с которым он должен был добраться до Бейрута, — Ибрагимом. Когда автобус, на котором они ехали с другими беженцами, пересек ливанскую границу и в него вошли солдаты, у них захолонуло сердце от страха разоблачения: таким молодым мужчинам, как Абдул-Карим и Ибрагим, полагалось присоединиться к одному из отрядов, сопротивляющихся сионистам, а не бежать вместе с женщинами и детьми. Но все прошло благополучно, и четверка воссоединилась в Бейруте. Ни денег, ни аппаратуры для связи им не дали. А поскольку ливанские газеты молчали о происходящем в Эрец-Исраэль, то вплоть до лета 1948 года, когда наши парни смогли купить передатчик и выйти на связь, они не знали, провозглашено еврейское государство, или нет. К этому времени Ицхак Шошан уже работал таксистом, два его товарища устроились киоскерами, а один — уличным продавцом сладостей. Это позволяло им тесно общаться с местными жителями, в том числе, и с офицерами ливанской армии, и собирать информацию.

В сентябре 1948 года мистаарвим получили задание взорвать ставшее на якорь в порту Бейрута судно «Игрис», которое в Израиле называли «яхтой Гитлера» — фюрер и его приближенные несколько раз им воспользовались. После войны судно было разоружено и куплено неким бизнесменом, который послал его на Ближний Восток. В ЦАХАЛе опасались, что «Игрис» снова переоборудуют в боевой корабль и отправят в Египет, и решили его уничтожить.

Шошан разработал план операции, согласно которому подрывник судов Элиягу Рика должен был приплыть в Бейрут на резиновой лодке, а он и Якуба Коэн – проверить возможность незаметно подобраться к кораблю и помочь Рике установить на днище магнитные бомбы. 17 декабря 1948 года Шошан и Рика на лодке подобрались к вышедшей в море «яхте Гитлера» и выполнили задание. Правда, после взрыва «Игрис» не утонул, поскольку команда приложила все усилия, чтобы удержать судно на плаву, но пришел в негодное состояние и вскоре был сдан на металлолом.

Группа провела еще ряд диверсий передала в Израиль немало ценных сведений, и в 1950 ее было решено отозвать. Мистаарвим вернулись домой с подробной картой потенциальных целей для возможной бомбардировки Бейрута. Но в Израиле их никто не встретил. Лишь спустя несколько дней их поблагодарили за службу и сказали, что они свободны. Им даже не дали никакого денежного вознаграждения за службу — считалось, что они работают за идею.

Спустя несколько месяцев Ицхак Шошан призвался в ЦАХАЛ, окончил офицерские курсы, стал командиром пехотного взвода, затем роты, после чего был переведен в армейскую разведку. Здесь на него обратил внимание майор Авраам Арнан, одержимый идеей создания спецподразделения, которое при необходимости могло бы действовать на территории враждебных государств. И в Шошане с его опытом работы в Ливане и отличной физической подготовкой он увидел достойного соратника.

На воплощение идеи в жизнь ушло несколько лет, но в 1957 году подразделение разведки генштаба «Сайерет маткаль» было создано, и имя Ицхака Шошана навсегда вписано в число одного из его основателей. Он также входил в число разработчиков системы подготовки и тактики действий бойцов подразделения.

Второй звездный час Ицхака Шошана настал в 1969 году.

Дело в том, что после Шестидневной войны антисемитизм в арабских странах принял такой размах, что многие молодые евреи решили бежать в Израиль — в первую очередь, через Ливан. Но граница в Ливане оказалась на замке, и сотни еврейских юношей и девушек застряли в Стране кедров, найдя укрытие в домах местных евреев. Стало ясно, что их надо срочно вывозить из Ливана, но как?! И Ицхак Шошан предложил план.

— Все очень просто, — сказал он. — Будем вывозить их с одного из пустынных берегов Бейрута на надувной лодке, а в нейтральных водах их будет встречать катер ЦАХАЛа.

— Осталось только найти в Бейруте лодку и смельчака, который решится на подобные перевозки! — хмыкнул некий чиновник на совещании в канцелярии премьер-министра.

— Лодку я попытаюсь найти, — пообещал Шошан.

В поисках путей реализации своего плана он обратился к жившему в Восточном Иерусалиме христианскому священнику, который, как и он, был уроженцем Халеба. Служение церкви было для священника только работой: окончив службу, он шел к любовнице, а время от времени, одевшись в цивильное, ездил в Бейрут и развлекался в тамошних ресторанах и публичных домах. Словом, любил святой отец красиво пожить, а красивая жизнь, как известно, требует немалых денег.

Услышав вопрос еврейского приятеля, священник задумался, а затем произнес:

— А ведь у меня, похоже, есть такой человек. Он журналист, но по выходным любит выйти в море на своей лодке и порыбачить. Мы часто вместе развлекаемся в Бейруте, так что и ему очень нужны деньги. И, кстати, он тоже уроженец Халеба!

Разумеется, Шошан захотел как можно скорее познакомиться со столь замечательным журналистом и выразил готовность всячески помочь ему в решении финансовых проблем. Вскоре он, называвшийся к тому времени как Абу-Схейк, уже сидел вместе с журналистом и священником в самом дорогом ресторане Бейрута. Они вспоминали город своего детства, его улочки, мечети, церкви и синагоги, и Шошан присматривался к новому знакомому, задаваясь вопросом о том, насколько можно ему доверять. Он поинтересовался, насколько тот владеет знаниями по навигации в открытом море, и тот заверил, что может выйти точно в любую точку на карте, которую ему укажут.

Петр ЛЮКИМСОН

Источник: isrageo.com

Хотите видеть больше наших новостей и видео? Подписывайтесь на наш новый канал в телеграм: https://t.me/isralikeorg

%d такие блоггеры, как: