Реклама
Последние новости

«Черная книга» смерти

Впервые факты об истреблении немцами советских евреев предложил собрать еще Эйнштейн в 1942 году. После долгих переговоров американцам удалось договориться о совместном издании, которое было бы опубликовано на разных языках мира. В Советском Союзе книга должна была стать памятником жертвам нацизма, но стала смертным приговором для многих её создателей.

9e48b4703203f7dbed20d78e6d161695.jpg

Информация о жертвах Холокоста в советской прессе публиковалась дозировано. И это при том, что на оккупированных нацистами и их союзниками территориях оказалось около трех миллионов советских евреев. Погибло, по разным оценкам, порядка 2,8 миллиона человек. Это почти половина всех еврейских жертв нацизма в Европе.

В 1944 году при Еврейском антифашистском комитете была создана специальная литературная комиссия, которую возглавил Илья Эренбург. Задачей комиссии стал сбор документальных материалов и личных свидетельств евреев, пострадавших от действий нацистов на территории Советского Союза. К выходу готовился советский сборник еврейских воспоминаний «Черная книга». Такой же по формату сборник готовился к выходу и в США.

В одном из предисловий к «Черной книге» Илья Альтман писал, что идея её создания принадлежала Альберту Эйнштейну и Американскому комитету еврейских писателей, ученых и артистов. Эйнштейн ещё в 1942 году предложил начать сбор фактов уничтожения немцами советских евреев, но в ЕАК не были уверены в необходимости публикации материалов, выделяющих страдание только евреев в годы Великой Отечественной войны. После длительных переговоров с Москвой и договорённостей с Всемирным еврейским конгрессом ЕАК получил санкцию ЦК на сбор материалов и сотрудничество с американским издательством. Работа началась.

Учитывая сложности политической конъюнктуры в СССР, для сбора материалов в Советском Союзе Эренбург приглашал и еврейских авторов, и русских: тут были Всеволод Иванов, Василий Гроссман, Лидия Сейфулина и Маргарита Алигер, Виктор Шкловский, Вениамин Каверин и многие другие писатели и журналисты. Изучались и обрабатывались письма, дневниковые записи, любые достоверные свидетельства. Книга рассматривала не только архивные документы пострадавших, тут были осмотры мест массовых казней, экспертизы вскрытия братских могил, очерки, написанные на основе стенограмм, показания свидетелей немецких преступлений, а также исполнителей и организаторов убийств.

Издать книгу, посвященную уничтожению евреев именно в СССР, Эренбург, бывший в своё время авторитетнейшим военным репортёром, считал принципиально важной для себя задачей. В его сопроводительной записке к проекту «Черной книги» в ЦК говорилось: «Чрезвычайно важно показать солидарность советского населения. […] Необходимо показать, что евреи умирали мужественно, остановиться на всех имевших место случаях сопротивления». Но тут нужно напомнить, что и сам ЕАК создавался в СССР как пропагандистская ширма, витрина светского еврейства, с которым, по официальной версии, в стране всё было в порядке – для «вовлечения в борьбу с фашизмом еврейских народных масс во всём мире». От Эренбурга и команды авторов ждали «хорошей книги». Советской пропаганде было важно подчеркнуть немецкий вклад в уничтожение евреев, и «хорошей» книга должна была стать именно в этом смысле. Группу авторов ЦК долгое время водил за нос, не говоря по поводу её издания ни да, ни нет. Управление пропаганды читало очередную выверку рукописи и заворачивало её. «Так как авторами книги являемся не мы, а немцы, а цель книги ясна, я не понимаю, что значит “если будет хорошей”: это не тот роман, содержание которого неизвестно», – говорил Эренбург на одном из заседаний комиссии. Некоторые уже подготовленные материалы ЕАК решил выпустить на идише, и Эренбург согласился на это предложение. В 1944-м и 1945-м вышло два выпуска издания.

В том же 1945 году при Совинформбюро была создана специальная комиссия, которая изучила подготовленный к изданию материал и нашла в нём большущий недостаток: «В представленных очерках излишне много рассказывается о гнусной деятельности предателей народа из украинцев, литовцев и др., это смягчает силу главного обвинения, предъявляемого немцам, что должно являться основной и решающей задачей книги», – говорилось в отчёте. Однако приближался Нюрнбергский процесс, и выбора у верховных кураторов не оставалось. Рукопись под редакцией Эренбурга была передана представителю советской стороны обвинения и сохранилась в фонде ЧГК (Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков. – Прим. автора). А в 1946 году отредактированная с учётом представленных правок рукопись была напечатана и разослана в Австралию, Англию, Болгарию, Венгрию, Италию, Мексику, Францию, Польшу, Румынию, США, Чехословакию и Палестину.

Предисловие к американскому изданию писал Альберт Эйнштейн, в нём говорилось: «Цель этой книги ясна. Книга должна убедить читателя, что международная организация безопасности эффективна лишь тогда, когда она не ограничивается лишь защитой государственных единиц от нападения на них, но в состоянии защитить и национальные меньшинства каждой отдельной страны. Каждому отдельному человеку должна быть обеспечена защита от жестокого обращения и уничтожения. […] Ни один народ, вовлеченный в катастрофу последних нескольких лет, не понес в процентном отношении таких потерь, как евреи. Тот факт, что у евреев нет национальных границ и правительств и что их не рассматривают как нацию в формально-политическом смысле, не должен служить препятствием к справедливости. С евреями обращались как с целым, как если бы они были нацией. Их общественное положение (статус) как объединенной политической группы было доказано отношением к ним со стороны их врагов. Поэтому если мы стремимся к укреплению стабильности в международных отношениях, то евреев следует рассматривать как нацию в принятом смысле слова, и при организации мира еврейскому народу должно быть уделено особое внимание, дабы мы не совершили насмешки над справедливостью». По требованию Кремля это предисловие не пошло в печать.

Тем не менее создатели книги прекрасно осознавали её мемориальную ценность и готовы были на некоторые уступки. В мае 1945 года Эренбург покинул Литературную комиссию «Черной книги» и в новую комиссию, созданную Совинформбюро, он уже не вошёл. Гроссман подготовил новую редакцию, и черновик опять отправился на экспертизу.

Председатель ЕАК Соломон Михоэлс настаивал на издании книги на родном языке, на идише, но это не сбылось. В феврале 1947 года председатель Верховного Совета РСФСР Андрей Жданов получил записку от тогдашнего начальника Управления и пропаганды ЦК Георгия Александрова с категорическим заверением в нецелесообразности публикации книги. Александров изучил текст и решил, что в нём даётся ложное представление об истинном характере фашизма, что приведённые в ней свидетельства, как евреям приходилось спасаться от гибели, выдавая себя за славян, используя подложные документы, являются фальсификацией истории. В сентябре 1947 года Михоэлс ещё раз писал Жданову, указывая на неутраченную актуальность издания, напоминая об идеологической важности книги и опасности возвращения фашизма. Аргументы не убедили Кремль. На смену Александрову начальником Управления пропаганды ЦК пришел Михаил Суслов со своим первым заместителем Дмитрием Шепиловым. Очередная экспертная оценка была краткой, и главная мысль сводилась к тому, что «Черная книга» содержит «серьёзные политические ошибки», её издание на 1947 год не может быть утверждено, а стало быть, она не будет опубликована. В 1947 году книга вышла в Румынии, в Москве же фактически ещё летом 1946-го её выход был приостановлен.

Меньше чем через полгода, в январе 1948-го, трупы Соломона Михоэлса и его коллеги Голубова нашли на одной из улиц Минска. Ближе к концу того же года был разогнан антифашистский комитет, а все его участники попали под следствие, которое растянулось на четыре года. Впрочем, как выяснилось позже, подготовка к этому процессу началась ещё в 1945 году, а в конце 1948-го над разработкой следственных материалов трудились аж 35 следователей МГБ (Министерство государственной безопасности СССР. – Прим. автора). Из подследственных выбивали показания по четырём пунктам: еврейский буржуазный национализм, создание антисоветского националистического подполья, государственная измена и сотрудничество с американской разведкой. Членам ЕАК вменялись связи с еврейскими националистическими организациями Америки, экономический шпионаж, клевета о бедственном положении евреев в Советском Союзе и в том числе издание «Черной книги». Этот вопрос обвинением рассматривался отдельно. Составителям ставились в вину не только национализм и выпячивание страданий еврейского народа в годы гитлеровской оккупации, им пытались пришить даже пропаганду расизма, поскольку в тестах авторы «с подозрительной чрезмерной подробностью излагают расистские взгляды Гитлера», тем самым предлагая этим взглядам площадку для развёрнутого высказывания на страницах книги.

Эренбург и Гроссман избежали участи остальных членов ЕАК только благодаря тому, что Сталин был не готов уничтожать элиту советского еврейства. Тем более что параллельно с уничтожением ЕАК Советский Союз всячески поддерживал создание государства Израиль, и репрессии против всемирно известных журналистов выглядели бы на этом фоне как минимум странно. Но в списке подозреваемых по делу ЕАК на завершающем этапе следствия главные авторы «Черной книги» всё-таки побывали.

Уничтожение еврейского комитета сделало уязвимой тему Холокоста в Советском Союзе. Словосочетание «жертвы Холокоста» ушло из информационного потока, музеи не размещали фотовыставки в дни памяти, да, собственно, и дней памяти никаких не было, а слово «евреи» на памятниках жертвам Великой Отечественной войны превратилось в словосочетание «мирные советские граждане». На русском языке «Черная книга» была выпущена в 1980 году в Иерусалиме, но в издание вошли лишь те материалы, что были разосланы в 1946 году. В 1991-м книга вышла в Киеве, в России она увидела свет только в 2015 году.

Алена Городецкая

Источник: jewish.ru

Реклама
%d такие блоггеры, как: