Реклама
Последние новости

Еврейская свеча на варшавском подоконнике

Реклама

В эти дни в миллионах еврейских домов во всем мире зажигают ханукальные свечи, отдавая дань памяти мужеству Маккавеев и великому чуду храмовой меноры. В связи с этим я, роясь в своих старых записях, вдруг обнаружил нигде не публиковавшийся ранее рассказ о Хануке, услышанный мной несколько лет от бывшего узника Варшавского гетто Лейбла Пинкусовича.

yT_iPbG0Ud4.jpg

Не знаю, жив ли сегодня этот замечательный человек, но его история, безусловно, заслуживает того чтобы о ней узнали потомки. Она — об одной из главных заповедей Хануки, «персум а-нес», зажигании ханукальных свечей, чтобы о чуде с кувшинчиком масла для храмовой меноры вспомнило как можно больше людей…

«В декабре 1942 года всем обитателям гетто уже было ясно, что они обречены, — рассказывал Пинкусович. — Но жизнь продолжалась: мы ежедневно ходили на принудительные работы и думали не о близкой смерти и о возможном сопротивлении, а о том, где бы раздобыть какие-нибудь продукты. Поставщиками этих продуктов были, в основном, контрабандисты-поляки, которые проникали в гетто и предлагали муку, хлеб или некое подобие булочек в обмен на те ценности, которые нам удалось взять с собой при отправке в гетто.

К концу 1942 года многие уже успели обменять на продукты все, что у них было, и покупали у контрабандистов еду за марки, которые немцы платили за работу. Это были гроши, и от голодной смерти они спасали далеко не всегда.

Хорошо помню, как утром, заглянув в прихваченный с собой в гетто календарь, я обнаружил, что наступающий вечер — первый вечер Хануки. Желание зажечь вечером хранящийся дома ханукальный светильник — последнюю оставшуюся у меня ценную вещь — неожиданно овладело всем моим существом настолько, что я весь день уже не мог ни о чем думать, кроме как об этом.

Когда мы вернулись с работы, неподалеку от ворот гетто меня окликнул знакомый контрабандист.
— Хочешь булочку, жидок? — спросил он.
— Нет, — ответил я, — хочу не булочку, хочу свечку. Даже две свечки.
Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего.
— А что даст мне пан, если я достану ему две свечи, которых сейчас нельзя сыскать во всей Варшаве? — с сарказмом спросил поляк.
— Все, что захочешь! — ответил я.
— Что именно?!
— Пачку американских сигарет!

Тут надо заметить, что пачка американских сигарет, которую я припрятал на самый черный день, была тогда в Варшаве огромной ценностью. Да что там пачка — даже одна американская сигарета стоила буханку хлеба, а то и больше.
— Согласен! — сказал он.
— При одном условии, — добавил я. — Я проберусь вечером к тебе в дом (а жил он неподалеку от гетто), и мы зажжем одну свечу и поставим ее у тебя на подоконнике.
— Ты с ума сошел, жидок! — сказал он. — На это я не пойду! Ты что, забыл о немецких патрулях?!

Но, как вы догадываетесь, жадность в конце концов победила, и этот «бизнесмен» решил рискнуть.

Вечером я стал выбираться из гетто, спрятав под пальто ханукию, и за мной увязались несколько моих приятелей. Все мы понимали, что идем на смертельный риск.

Никогда не забуду, как я прочел нужное благословение, как несколько голосов подхватили за мной «Амен!», и я зажег на подоконнике квартиры этого поляка первую свечу в надежде, что ее увидят обитатели гетто. Я был уверен, что я один такой герой среди жителей гетто, и страшно собой гордился. Но вы не поверите — словно в ответ, почти сразу же вспыхнули свечи на подоконниках десятках домов гетто. Откуда все эти евреи взяли свечи, я не знаю. Не думаю, что они достались им легче или дешевле, чем мне…

Я до сих пор вспоминаю тот морозный декабрь 1942 года, погруженную в кромешный мрак Варшаву и свечи, горящие в окнах еврейских домов. Вспоминаю — и понимаю, что никто не в силах потушить этот свет!» — закончил свой рассказ Лейбл Пинкусович.

Остается, наверное, добавить, что «блуждая» по Интернету, я нашел еще множество подобных свидетельств. Оказывается, евреи праздновали Хануку везде — в гетто Терезин и в гетто Лодзи, в Освенциме и советских трудовых лагерях… Свечи и ханукальные светильники при этом делались из самых немыслимых материалов либо приобретались в обмен на те же сигареты, мыло, хлеб — самую ценную валюту, которая имелась в таких местах.

Зажигая ханукальные свечи, почувствуйте за своей спиной тени тех евреев, которые, стоя на краю гибели, затепливали свет Хануки в погруженной в кромешную тьму Евразии, и дайте им возможность вместе с вами произнести: «Амен!».

 

 

Петр ЛЮКИМСОН

Источник: Шахар

Реклама
Реклама
%d такие блоггеры, как: