Последние новости

«Меня убили»: полковник ЦАХАЛа рассказал о 43 днях в египетском плену

Хотите видеть больше наших новостей и видео? Подписывайтесь на наш новый канал в телеграм: https://t.me/isralikeorg

Большинство историй о пленении солдат ЦАХАЛа касаются пилотов, пехотинцев или спецназовцев. Реже встречаются истории тех, кто не служил в боевых порядках, но все же был на передовой. Полковник Михаэль (Мики) Зайфе (73) один из таких немногих.

Будучи медиком, фармацевтом по гражданской специальности и офицером резерва, он должен был быть далеко от фронтов Войны Судного дня, которая началась 45 лет назад.

Перед войной Зайфе жил в Иерусалиме, работал над докторской диссертацией по фармакологии. За несколько дней до Рош ха-Шана в 1973 году из-за недостатка офицеров связи с наблюдателями ООН его призвали армию. Направление он получил в самый северный из восьми укрепленных пунктов ЦАХАЛа вдоль Суэцкого канала.

Утром 8 октября 1973 года, через два дня после начала войны, египетские войска захватили укрепленный пункт, где он находился с двумя офицерами ООН.

«Я был уверен, что меня убьют сразу, как только увидят, — вспоминает Мики Зайфе в интервью. — Я вышел, но не поднял руки. Мне было трудно это сделать, в голове крутилась фотография времен Холокоста — ребенок из Варшавского гетто с поднятыми над головой руками. Они видели, что я не вооружен. Если они захотели бы убить меня, то сделали бы это».

Египтяне не стреляли. Зайфе подошел к офицеру, который командовал египетским отрядом, отдал честь и назвал свое имя, звание и личный номер. Начались 6 недель плена.

Так чувствует себя человек, когда умер?

Родители Зайфе потеряли большую часть родных в Холокосте. Они приехали в Израиль еще до создания государства, Мики рос единственным ребенком — после смерти старшей сестры.

Фото: Эли Тавор

Фото: Эли Тавор

Он знал, что родители очень тревожатся за его судьбу. Незадолго до падения форпоста ему удалось написать короткое письмо своим родителям и оставить его одному из офицеров ООН:

«Дорогие мама и папа! Старайтесь держаться — ради меня

Много-много поцелуев.  Привет всем  От вашего любящего сына

Михаэль»

«Это была вся записка, — говорит он. — Я не написал «до свидания», потому что не верил, что нам суждено увидеться. Это было завещание».

C родителями после освобождения. Фото: Эли Тавор

C родителями после освобождения. Фото: Эли Тавор

Египтяне переправили Зайфе и двух офицеров ООН на западную сторону Суэцкого канала, где их разлучили: израильский офицер был отправлен в тюрьму «Абасия» на окраине Каира, где находилось много израильских пленных.

«Первые дни самые трудные, — говорит он. — Меня бросили в пустую камеру — четыре черные стены, маленькое окно, слабенькая лампа, и это все».

Но физические условия плена были наименее тяжелой проблемой, с которой он столкнулся. Допросы, постоянное давление — как физическое, так и психологическое. Повседневная жизнь включала непрерывное физическое насилие в течение дня — и все новые допросы ночью.

Мики с самого начала был убежден, что его жизнь окончена:

«Несколько египтян вошли в мою камеру и поставили меня лицом к стене, — рассказал он. — Я услышал, как они отошли и взвели затворы, и я понял, что они собираются убить меня. Ногтем я нацарапал на стене «Меня убили, Мики».

Рядом с домом, в Раанане. Фото: Итай Шикман

Рядом с домом, в Раанане. Фото: Итай Шикман

«Они убивают меня, и я хотел, чтобы об этом узнали. Я слышал, как один из египетских солдат что-то крикнул, и затем последовал выстрел. Я был уверен, что я уже мертв. Я задавался вопросом: вот это — то ощущение, когда человек умер?» — рассказал он.

Однако выстрел был неприцельным. Египтяне таким образом пытались сломить дух израильских заключенных. В другой раз во время допроса ночью один следователь рассердился и приставил пистолет к его колену. «Следователь рассердился, что я не говорил того, что он хотел слышать. Он вытащил пистолет и пригрозил, что выстрелит».

«Стук надежды»

«Я открыл линию Каир — Тель-Авив», — размышляет он. С тех пор он летал десятки раз, и каждый раз, приземляясь в Бен-Гурионе, испытывал то же чувство, когда возвращался из плена.

«Не имеет значения, лечу ли я сегодня из США, Южной Америки или с Дальнего Востока, — я всегда возвращаюсь из Каира, и мои глаза всегда в слезах, потому что это был момент, когда я получил снова свою жизнь», — вспоминает он.

Мики Зайфе не был демобилизован после плена. Фактически он в настоящее время завершает 55 лет службы в армии, включая резервистскую. Его воинское звание — полковник. Его нынешняя должность — командир подразделения при штабе главного медика ЦАХАЛа. Он говорит, что не собирается в ближайшее время снимать военную форму.

После этого экскурса Мики вновь возвращается к событиям 45-летней давности. Кроме обычных каждодневных избиений практиковались настоящие пытки — во время допроса или просто в середине дня. Мики пытался не показывать своих страданий, не кричать, чтобы не удовлетворять желание своих тюремщиков сломить его дух. Он преуспел в этом, за одним исключением.

«Вошли ко мне в камеру двое громил, приказали мне лечь на бетонный пол, — вспоминает он. — Они встали на меня и начали бить хлыстами и дубинками. Один бил меня слева, другой – справа. Боль ужасная. Когда они наконец закончили, я подумал, что разломан на части, что мои органы уже не собрать. Это была самая тяжелая пытка и единственная, при которой я кричал — и кричал изо всех сил».

Со временем Зайфе привык к плену и выработал способы, которые помогли ему сохранить вменяемость. Ему, например, удалось создать систему обмена сообщениями, с помощью которой он мог общаться со своим соседом в соседней камере, поскольку большую часть времени заключенным было запрещено разговаривать друг с другом. Это был простой язык для перестукивания, который он создал со своим другом.

«Это напоминало — мы не одни, мы были друг с другом, — говорит он. — Это давало мне силы, и по сей день я называю эту систему сообщений «стуком надежды», — говорит он.

«Мы получали половину питы на день, — вспоминает Мики. – Инстинктивно хотелось съесть ее сразу, потому что мы были голодны, но мне удавалось откусить маленький кусок и спрятать остальное, чтобы хватило на весь день. Мне также удавалось долго жевать каждый кусочек лепешки, пока тесто не превращалось в сладкую пасту. Сахара очень не хватает, когда вы голодны».

Книга об египетском плене

Книга об египетском плене

Даже сегодня, через несколько десятилетий, в качестве небольшого знака своей личной победы Мики каждый раз перед тем, как ложиться спать, съедает небольшой кусочек мороженого — память о тяжелых днях плена.

Путь домой

В какой-то момент он ощутил небольшие, постепенные изменения в отношении к нему надзирателей. Это началось с того, что ему позволили умыться и побриться. Египтяне хотели сфотографировать заключенных то ли в пропагандистских целях, то ли для передачи международным гуманитарным органам.

Египтяне показали Зайфе сделанную фотографию и с трудом убедили его, что это он. «Я увидел истощенного лагерника с высохшим лицом и впалыми глазами, на это было страшно смотреть», — вспоминает он.

Еще один признак улучшения отношений проявился в необычном событии. Однажды вечером его вывели из тюрьмы, и египетский офицер с группой солдат отвез его в роскошную виллу на окраине Каира, где он встретил высокопоставленного египтянина, про которого Мики знал только, что его зовут Хусейн.

«Мы в течение нескольких часов сидели и говорили только о гражданских вопросах, — говорит он. — Это было как во сне, и я до сих пор удивляюсь, почему они выбрали меня, чтобы поговорить с этим человеком».

В конце разговора египтянин сказал Зайфе, что вскоре тот вернется в дом своих родителей, но прежде —  встретятся снова. Так оно и было. 15 ноября, через полтора месяца плена, пришло радостное известие: министр обороны Египта Ахмад Исмаил Али прибыл в тюрьму, поговорил с десятками израильских заключенных и сказал им: «Вы возвращаетесь домой».

Дома!

Дома!

Зайфе рассказывает, что среди пленных было «такое чувство радости и счастья, которое трудно представить, и даже самые крепкие из нас плакали».

Пленных возвращали в Израиль группами. Его день наступил 19 ноября. Получив чистую новую одежду, он сел в автобус и был отправлен вместе с другими заключенными в международный аэропорт столицы Египта, где он впервые в жизни сел в самолет.

Итай Шикман

Перевод: Владимир Гросс

Источник: vesty.co.il

Хотите видеть больше наших новостей и видео? Подписывайтесь на наш новый канал в телеграм: https://t.me/isralikeorg

%d такие блоггеры, как: