Реклама
Последние новости

Главная по математике

Реклама

Эйнштейн считал ее главной женщиной в математике. Десятилетиями выбивая себе должность в университете, она заложила основы современной алгебры и доказала множество важных теорем. Ошиблась Эмми Нётер в расчетах лишь однажды – съездив в СССР, она настолько вдохновилась страной, что отправила туда своего брата. Его вскоре расстреляли – якобы за шпионаж.

images_cms-image-000006346.jpg

Ровно 100 лет назад, летом 1918 года, на семинаре Геттингенского математического общества была представлена теорема, которой суждено было стать важнейшим инструментом в математической и теоретической физике. Объяснить ее весьма непросто, но общая формулировка гласит, что «каждой непрерывной симметрии физической системы соответствует некоторый закон сохранения». Доказала эту теорему Эмми Нётер – ее именем эта теорема сейчас и называется. Это было далеко не первое и не последнее изящное доказательство, предложенное этим математиком. Тем не менее считается, что если бы даже Нётер отошла от науки в день опубликования теоремы, она уже заслужила бы бессмертие.

Эмми Нётер родилась в Эрлангене 23 марта 1882 года и была старшим ребёнком в семье выдающегося математика и профессора Макса Нётера и его жены Иды Кауфман. Макс Нётер плодотворно занимался алгебраической геометрией, в 1870-е годы доказал несколько теорем, но затем посвятил себя одному лишь преподаванию. Двое братьев Эмми рано умерли, третий – Фриц, о котором мы упомянем чуть позже, стал известным немецким математиком, перебравшимся затем в СССР. Но если с Фрицем занимались математикой с ранних лет, то о научной карьере дочери в семье даже речи не вели.

Эмми играла на фортепиано и изучала языки. В 1900-м, сдав экзамены, стала сертифицированным преподавателем английского и французского языков. Но до преподавания дело не дошло. Вместо этого она в качестве вольнослушательницы стала посещать лекции по математике, германистике и истории в университете Эрлангена. Женщины могли учиться в немецких вузах, но каждый профессор должен был дать разрешение на посещение его курса. Учитывая статус отца Нётер, Эмми могла посещать любой курс – никто бы ей не отказал. Вот только все понимали, что карьерных перспектив в академической среде у девушки очень мало: женщинам запрещалось занимать какие бы то ни было должности в университетах.

Сложности Нётер не пугали. Прослушав лекции в университете Эрлангена и сдав экзамен на аттестат зрелости в Нюрнберге в 1903 году, она отправилась в Гёттингенский университет, где на протяжении двух лет слушала лекции Блюменталя, Гильберта и Клейна. Вернувшись затем в родной Эрланген и защитив там докторскую диссертацию, Эмми почти десять лет проработала в том же университете фактически без должности и зарплаты. При этом она руководила несколькими докторантами, подменяла лекторов и занималась собственными исследованиями. В 1909-м она получила первое признание научного мира, став членом Немецкого математического общества, а в 1915-м – по приглашению Давида Гильберта и Феликса Клейна – приступила к работе в Геттингенском университете.

Гильберт и Клейн рассчитывали обеспечить ей должность приват-доцента, однако университетский Сенат отказал Эмми в этом «из-за неисполнения формальных правил». Имелось в виду утвержденное в 1908 году положение, согласно которому приват-доцентами могли быть только мужчины. Согласно легенде Гильберт, несогласный с этим решением, отправился тогда к министру культуры, но вновь получил отказ. Тогда он заявил, что университет – не баня, и пол не может являться препятствием к занятию должности приват-доцента. Была подписана – и не одна! – коллективная петиция, доказывавшая право Нётер на эту должность, но результат оставался неизменным.

Так, восхищая коллег-мужчин своим умом, Эмми продолжала работать без официальной должности и зарплаты – находясь на полном обеспечении отца. Впрочем, увлеченность наукой просто не оставляла времени для сетований. Эмми читала лекции от имени других профессоров, но только к ней в аудиторию было не протолкнуться. В 1919 году, уже в эпоху Веймарской республики, она наконец-то стала приват-доцентом, а еще четыре года спустя, когда самой Нётер уже было больше 40 лет, университет «наградил» ее титулом внештатного профессора.

К этому времени среди специалистов она уже по праву считалась основоположником современной алгебры. Она вела семинары, на которые специально приезжали учёные из разных стран. Посещали эти семинары и советские математики, такие как Павел Александров, Отто Шмидт, Владимир Степанов и другие. Именно Александров предложил Эмми Нётер приехать в Москву и прочитать цикл лекций.

Нётер приняла приглашение и зимний семестр 1928-1929 года работала в МГУ. Она преподавала абстрактную алгебру и алгебраическую геометрию, а параллельно работала над различными исследованиями совместно с Александровым. Он мечтал перетащить ее в Москву навсегда. И с 1933 года, когда Нётер пришлось покинуть Германию, активно пытался выбить для нее кафедру в МГУ. И несмотря на то, что его усилия были безуспешными, они вместе продолжали переписку о возможности её переезда в Москву почти до самой смерти Эмми.

В 1932-м Эмми получила Мемориальную премию Альфреда Акермана-Тойбнера за распространение математических знаний. Но пришедшие в 1933 году к власти нацисты не посчитались с ее математическими достижениями, лишив права преподавания в университете. На момент увольнения из Гёттингенского университета на столе Нётер уже лежали несколько приглашений из различных учебных заведений. Выбрав между ними, Нётер эмигрировала в США, получив гостевой контракт на преподавание в элитном женском колледже Брин-Мар в штате Пенсильвания. А с февраля 1934 года она стала читать еженедельные лекции в расположенном неподалеку Принстонском институте перспективных исследований.

Ещё до отъезда из Германии Эмми просила Павла Александрова, ставшего к тому времени член-корреспондентом АН СССР, помочь брату Фрицу выбраться из нацистской Германии в советскую Россию. В конце января 1934 года Фриц сообщил, что получил из России приглашение в недавно открывшийся Томский институт математики и механики. Фриц пожелал увидеться с сестрой перед отъездом в СССР, и Эмми, несмотря на все предостережения, под статусом иностранного ученого оправилась в Геттинген. Провожая брата, Нётер долго рассказывала, как силен Советский Союз в науке, как хорошо там живется ученым. Фриц отмахивался – дескать, знаю и сам. Через семь лет, в сентябре 1941 года, Фрица обвинят в шпионаже в пользу Германии и расстреляют в городе Орле.

Причиной ареста Фрица стало необдуманное решение участвовать в Международном математическом конгрессе, который в 1936 году проводился в столице Норвегии Осло и на который не пустили ни одного советского математика. Желание встретиться с коллегами, которых он не видел несколько лет, привело к тому, что Фриц отправился на конгресс по сохранившемуся у него немецкому паспорту. Чем обернется такая самовольная поездка в страну, в которой к тому же в то время жил злейший враг Сталина – Троцкий, Фриц Нётер вряд ли мог себе представить.

О печальной судьбе брата Эмми Нётер узнать было уже не суждено. Она скончалась 14 апреля 1935 года в возрасте 53 лет через несколько дней после операции, связанной с обнаруженным у нее онкологическим заболеванием. В те дни в память о «величайшей женщине в математике» в учебных заведениях по всему миру прошли лекции, посвященные ее жизни и научному творчеству. О Нётер написал в New York Times и Альберт Эйнштейн: «…как считают наиболее компетентные современные математики, фрейлейн Нётер продемонстрировала в своем математическом творчестве столь высокую степень гениальности, какой с тех пор, как женщины обрели право на высшее образование, не удалось достичь никому».

Алексей Викторов

Источник: jewish.ru

Реклама
Реклама
%d такие блоггеры, как: