Реклама
Последние новости

Лучик света в советском мраке

Реклама

«Солнечная женщина! Магией огня с щедростью отмечена красота твоя». Эти поэтические строки Ирины Швец в полной мере можно отнести к Рахили Мессерер-Плисецкой — актрисе немого кино и матери всемирно известной балерины Майи Плисецкой. Рахиль Михайловна ушла из жизни четверть века назад в 91 год. До столь почтенного возраста эта женщина дожила, несмотря на тяжелые испытания, через которые ей довелось пройти.

original.jpg

На свет Рахиль появилась 4 марта 1902 года в Вильно, в семье зубного врача Менделя Берковича (Михаила Борисовича) Мессерера и его супруги Симы Моисеевны. Со слов матери она знала, что среди ее предков были виленские цадики. Фамилия ее мамы была Шабад, и к этой династии относится Цемах Шабад, общественный деятель и врач, который, как утверждается, послужил прототипом доброго доктора Айболита. Впрочем, воспоминаний о Вильно у Рахили не сохранилось – семья переехала в Москву, когда девочке было всего два года.

Семья Мессерер

Примечательная деталь: всем детям в многодетном семействе Мессерер были даны библейские имена: Пнина, Азарий, Маттаний (от имени Матан), Моисей, Рахиль, Асаф, Элишева, Суламифь, Эммануил, Аминадав…

Показателем незаурядных способностей, проявленных Рахилью уже в детстве, стал тот факт, что она была принята в престижную гимназию, основанную княгиней Львовой. Рахиль делала успехи в обучении и к тому же пела в гимназическом хоре. Но над Россией уже бушевали политические ветры, грянула революция. Она принесла разруху, голод и холод, и Рахиль приняла на себя нелегкие заботы о младших сестрах и братьях, а после скоропостижной смерти матери заменила ее, насколько могла. И не только в быту, но и участвуя в выборе своими родными и подопечными жизненного пути.

В немалой степени благодаря содействию Рахили в большой балет пошли брат Асаф и сестра Суламифь, чьи имена вскоре обрели широкую известность. А начиналось это с домашних представлений, которые организовывал старший брат Азарий, впоследствии — знаменитый актер и режиссер. Рахиль тоже участвовала в этих «спектаклях», и у нее родилась мечта – стать актрисой. Будучи 19-летней девушкой, поступила в недавно образованный Институт кинематографии. Ей довелось учиться у таких знаменитостей, как Лев Кулешов, Яков Протазанов и Дзига Вертов.

Рахиль Мессерер на съемках. Редкий кадр

Общение между «вгиковцами», жаждавшими творчества, не ограничивалось стенами института. Нередко устраивались домашние вечеринки, в том числе, — и у Мессереров, Душой студенческой компании, в которой оказалась Рахиль, был ее однокурсник Володя Плисецкий, стройный, обаятельный, остроумный. На одну из вечеринок он привел своего старшего брата Мишу. Красавица Рахиль покорила сердца обоих Плисецких, но сердце свое отдала Михаилу. Забегая вперед, упомянем о том, что Владимир Плисецкий став гимнастом, выступал на эстраде с акробатическими этюдами, а с началом войны ушел на фронт добровольцем, воевал в армейской разведке, участвуя в дерзких вылазках в тыл врага. Он героически погиб при выполнении боевого задания в декабре 1941 года.

С детьми

А что же Рахиль? В известной песне о еврейских глазах есть такие, запоминающиеся строки:

«Мой предок — старый набожный семит,

На Русь пришедший с Ближнего Востока,

Глаза его с такою поволокой,

И в них огонь неистовый горит»

Это – и про Рахиль Мессерер, теперь уже Плисецкую. Большие, будто рисованные, глаза, печальные, даже когда она улыбалась, иссиня черные волосы и смуглый цвет лица — поистине библейская красота, соединяемая с несомненными артистическими способностями, стала подлинным подарком для кинорежиссеров. Она снималась в немом кино под именем Ра Мессерер. Да и в семье именно так ее часто и называли – Ра, созвучно с именем древнеегипетского бога Солнца, и этот образ «домашнего солнечного божества» высвечивал самую суть этой женщины.

Яркий восточный облик актрисы привлек к ней особо пристальное внимание кинематографистов из Средней Азии. На открывшейся в Ташкенте студии «Узбекфильм» Рахиль снялась в картинах «Вторая жена» (1927), «Прокаженная» (1928), «Долина Слез» (1929) и других. Фильмы эти объединяла тема борьбы женщин Востока за освобождение от ига мусульманских законов, за достижение социального равенства. Схватка за лучшее будущее была для взбунтовавшихся героинь Рахили неравной и вела к драматической развязке. Жертвуя собой, они открывали путь к эмансипации для множества других, подобных им. Тематика эта находила горячий отклик в зрительских сердцах, а выразительное лицо Ра Мессерер украшало афиши кинотеатров, привлекая публику на сеансы.

С родными в Чимкенте

Когда у Рахили и Михаила появилась на свет дочка Майя, мама стала брать ее, совсем еще маленькую, на просмотры картин. Известно, что четырехлетней Майе довелось побывать на предварительном показе фильма «Прокаженная». Картина была посвящена трагической судьбе мусульманки, соблазненной молодым русским офицером и потом покинутой им. В финале фильма несчастная женщина погибает, брошенная под копыта лошадей. Майя при виде этой сцены громко разрыдалась, и Рахиль долго успокаивала ее, убеждая: это только кино, ничего такого на самом деле не было, но Майя упорно повторяла: «Они же тебя убили!» Быть может, в этой страшной сцене девочка усмотрела зловещее пророчество для своей семьи…

А еще Рахиль снялась в фильме на еврейскую тему: «Дочь раввина» (другие названия этой ленты, сработанной в Одессе в 1928 году, — «Земля зовет» и «Крик в степи»), сыграв еврейскую маму, то есть и саму себя тоже. Вместе с Верой Марецкой Ра Мессерер участвовала в фильме «Сто двадцать тысяч в год» (1929) — о борьбе девушки-новатора с консерваторами на текстильном производстве. В то время исполнители ролей обходились без дублеров, и это требовало от них многих умений, не говоря уже о большой смелости. Так вот, Рахиль все делала сама: могла лихо проскакать на лошади (этому ее успел научить упомянутый уже нами Володя Плисецкий), освоила управление мотоциклом.

Но экранные «испытания», разумеется, ни в коей мере не сравнимы с теми, что были уготованы реальной жизнью.

Ожидая второго ребенка, Рахиль ушла из кино – в ту пору Михаила назначили управляющим рудниками «Арктикуголь» и консулом СССР на норвежском заполярном острове Шпицберген. В 1932 году Рахиль прибыла на Шпицберген с грудным Аликом и семилетней Майей последним рейсом — навигация прекращалась почти на полгода. Корабль попал в жесточайший шторм. Вскоре обнаружилось, что «Арктикуголь» — организация, направлявшая рабочих на Шпицберген, не обеспечила их даже теплыми одеялами, и Рахиль вместе с женами шахтеров принялась шить одеяла из складских материалов. Она работала и связисткой, но главное — помогала скрасить жизнь работников советской колонии, организуя самодеятельные концерты.

Но вот пришла пора вернуться в Москву, и там поначалу все складывалось у Плисецких хорошо. За доблестный труд в суровых полярных условиях Михаил удостоился правительственных наград и был премирован автомобилем. Он был назначен генеральным директором «Арктикуголя», и семье предоставили квартиру в центре советской столицы. В январе 1936 года во МХАТе, при полном аншлаге, прошел творческий вечер семьи Мессерер – демонстрировались фрагменты из фильмов, в которых снималась Рахиль. Суламифь и Асаф исполняли па-де-де из балета «Дон Кихот» и свои лучшие сольные партии. Игрались сцены из классических и современных спектаклей, артисты — а их участвовало в вечере пятеро — выступили с остроумными пародиями. Их не хотели отпускать со сцены, а за кулисами этой эйфории уже зрела беда…

Семья Плисецких

Адская машина сталинских чисток набирала обороты, перемалывая ни в чем не повинных людей – сначала сотнями, потом тысячами и миллионами. Волна кровавых репрессий докатилась и до семейства Плисецких. 30 апреля 1937 года, когда Рахиль была на седьмом месяце беременности, Михаила арестовали. Она всеми силами цеплялась за мужа, когда его уводили. Михаил мужественно отвергал предъявлявшиеся ему обвинения в измене родине, но в итоге под пытками, признался в преступлениях, которых не совершал. Взамен, видимо, лишь потребовал, чтобы ему сообщили, кто у него родился. И 23 июля, на следующий день после того, как Рахиль вернулась домой из роддома с новорожденным Азарием, раздался телефонный звонок, и голос в трубке грубо произнес: «Вопросов не задавать, отвечайте, кто родился?!» Испуганная Рахиль сказала: «Сын». Звонили, надо полагать, из кабинета, где в который раз допрашивали и истязали Михаила Плисецкого…

В начале весны 1938 года Рахиль арестовали как жену врага народа и вместе с маленьким Азарием увезли в Бутырскую тюрьму. Над двумя другими ее детьми нависла угроза передачи в детский дом, но родные не допустили этого: Суламифь взяла к себе Майю, а Асаф – Алика. На допросах от Рахили добивались, чтобы она сообщила сведения, подтверждающие «преступную деятельность» мужа, но Рахиль дала следователям решительный отпор. В ее личном деле была сделана запись: «Отрицает, но не могла не знать».

Плисецкую-Мессерер приговорили к 8 годам заключения. Вместе с большой группой женщин Рахиль с ребенком отправили в лагерь в Акмолинск, в вагонах для перевозки скота. По пути на одном из разъездов ей удалось бросить через окошко дорожным стрелочницам записку, в которой она сообщала родным, куда ее везут. И мир даже в такое страшное время оказался не без добрых людей: они отправили письмо по московскому адресу, и оно дошло! Суламифь двинулась по чекистским коридорам и выхлопотала разрешение навестить сестру и забрать у нее ребенка. Когда Рахиль вызвали на свидание, она не поверила своим ушам и от неожиданности даже упала в обморок. Ребенок был еще слишком мал и слаб, чтобы отрывать его от матери, и Суламифь вернулась в Москву одна. А потом уже авторитет Асафа, ведущего артиста Большого театра, на которого надавила вся семья с просьбой помочь сестре, сыграл свою роль. Акмолинский лагерь, где содержались, отбывая сроки, жены и родственницы видных государственных деятелей, военачальников, дипломатов, ученых, литераторов, был заменен для Рахили на вольное поселение в Чимкенте. И Суламифь получила разрешение перевезти туда сестру.

Рахиль Мессерер, 70-е годы

Не сломленная морально, Рахиль организовала при местном Клубе культуры хореографический кружок, который посещали, по преимуществу, такие же, как она сама, ссыльные женщины с осиротевшими детьми. В одном из показанных там спектаклей приняла участие приехавшая к матери во время каникул Майя, уже делавшая свои первые успехи на сцене. Рахиль привлекала внимание местных мужчин, ей предлагали руку и сердце, но она не теряла надежды на возвращение мужа, на то, что справедливость, в конечном итоге, восторжествует. День за днем, за годом год она вздрагивала при каждом звонке – все ждала чуда. Все ее обращения на этот счет оставались безответными. Страшная правда открылась только четыре десятилетия спустя: в 1989 году Плисецкая-Мессерер получила официальное письмо за подписью начальника секретариата военной Коллегии Верховного суда СССР:

«Уважаемая Рахиль Михайловна!

На Ваш запрос сообщаю: Плисецкий Михаил Эммануилович, 1899 года рождения, член ВКП(б) с 1919, до ареста — управляющий треста «Арктик-уголь» Главсевморпути, был приговорен 8 января 1938 года к расстрелу по ложному обвинению в шпионаже, во вредительстве и в участии в антисоветской террористической организации. Приговор приведен в исполнение. Это произошло немедленно после вынесения приговора — 8 января 1938 года… Проведенной в 1955-56 году дополнительной проверкой было установлено, что Плисецкий М.Э. был осужден необоснованно…».

Расстрел Михаила Плисецкого санкционировали Жданов, Молотов, Каганович, Ворошилов — на титуле так называемого «сталинского расстрельного списка» стояли имена тех, кому народ вверял свои судьбы. Отцу Майи не суждено было узнать, что она прославит его фамилию на весь мир. Ненависть к режиму, отнявшему у жены любящего мужа, у детей – заботливого родителя Плисецкие пронесли в сердце через всю свою последующую жизнь.

За два месяца до начала Великой Отечественной войны Рахиль смогла вернуться к родным в Москву. Потом была эвакуация в Свердловск. В послевоенные годы неутомимая женщина делила со всей большой семьей и радости, и печали. Майя пережила в свое время опалу, выстояв во многом благодаря моральной поддержке матери. Рахиль была полностью на стороне Майи и ее супруга, выдающегося композитора Родиона Щедрина, во время известного противостояния с авторитарным художественным руководителем балета Юрием Григоровичем.

Тяжелым ударом стал для Рахили безвременный уход из жизни Алика (Александра) Плисецкого, страдавшего пороком сердца и скончавшегося во время кардиологической операции.

На склоне лет Рахили довелось увидеть большой мир. Она побывала в Великобритании у сестры Суламифи, ездила на Кубу, где тогда работал Азарий, слетала в США, где гостила у племянника своего покойного мужа. Рахиль успела отметить 90-летие, а годом позже, в 1993-м, скончалась в Москве.

В 2007 году о Рахили Плисецкой-Мессерер был снят документальный фильм «Звезда со стороны». Закадровый текст в нем читает известная актриса Ирина Апексимова. Прах «солнечной женщины» покоится в семейной могиле на Новодевичьем кладбище, в начале аллеи Вишневого сада…

Источник: isrageo.com

Реклама
Реклама
%d такие блоггеры, как: