Реклама
Последние новости

Почему израильтяне так счастливы

Реклама

Профессор поведенческой экономики Таль Шавит изучает счастье с экономической точки зрения, и убежден, что работа удовлетворяет гораздо больше, чем просто заработок. Он полагает, что израильтян считают счастливыми из-за семейственности и «единения», но предупреждает, что наш коллективизм находится в упадке и что государство не определяет счастье, как цель.

541863Purim_MotiMilrod-990x495.jpg

Фото: Моти Мильрод

— Как вы объясняете высокое положение Израиля (одиннадцатое место) в мировом индексе счастья, и тот факт, что в последние несколько лет мы близки к первой десятке?

— Есть несколько объяснений. Одно из них состоит в том, что у нас более коллективное  общество, и это то социальное скрепление, которого нет в других странах. Для нас важна семья, тут все знают друг друга. Я всегда говорю своим ученикам, что в Израиле каждый называет вас «братом» — такого нигде нет.

— Счастье, вероятно, является результатом экономической ситуации, благополучия.

— Да, но это всего лишь один из факторов. Сегодня счастье нации измеряется международным сопоставлением, а не только изучением национального продукта, потому что исследования влияния денег на счастье показывают, что оно ограничено. Верно, что существует сильная корреляция с BBП, но, например, некоторые латиноамериканские страны занимают высокие места, несмотря на бедность — например, Коста-Рика (12 место), Чили (20), Бразилия (22), Аргентина (24). А, к примеру, богатая Япония занимает только 54-е место.

— Кто на нижних местах?

— Восточно-европейские страны, такие, как Латвия, Молдова, Румыния, Словения, Эстония — ниже 50-го места. Африканские страны находятся в нижней части списка. Сирия — последняя.

— Ну, это неудивительно.

— Но США, которые не входят в первую десятку, удивляют. Вы ожидаете, что при своем богатстве они будут в числе первых. Год назад Швейцария была первой. Скандинавские страны находятся на вершине списка, как и Австралия, и Новая Зеландия.

— Зачем нужно измерять счастье?

— Потому что государствам нужно много работать, чтобы люди, которые живут в них, были счастливы.

— О чем вы спрашиваете в опросе?

— Существует один общий вопрос: где находится ваша жизнь в настоящий момент на шкале от нуля до десяти? Кроме того, есть вопросы для нейтрализации мгновенной радости, чтобы отличить ее от счастья.

— Итак, израильское «единение» делает нас счастливыми?

— Да, исследования показывают, что коллективизм делает нас счастливыми. Наше здоровье, высокая продолжительность жизни и уровень занятости также оказывают положительное влияние. Безработица здесь низкая. В Испании, например, нет сомнения, что уровень безработицы снижает уровень счастья.

— Насколько работа способствует счастью?

— Работа — важный фактор счастья, потому что это — та активность, которая создает социальную среду.

— В чем же проблема, если мы находимся на таком высоком месте в мировом индексе?

— Мы счастливы относительно всего мира, однако это не означает, что все в порядке. Если мы не инвестируем в счастье, то через несколько лет уже не будем на таком высоком месте. Также следует учитывать изменения в израильском обществе. Одним из объяснений социальной сплоченности, создающей счастье, является то, что в прошлом все служили в армии, которая была плавильным котлом. Теперь, когда число призывников снизилось, мы можем увидеть влияние этого спада на социальную сплоченность.

— То есть, наблюдается снижение коллективизма…

— Да, у нас меньше солидарности и это печально.

— Но есть и позитивные изменения?

— Верно, женщины выходят на работу и строят свою карьеру, что положительно влияет на счастье. Мы более образованы, и это тоже делает нас счастливее. Но другие страны предпринимают больше шагов. В последнее десятилетие счастье стало центральной проблемой государственной политики. Фактически, ООН решила, что это должно быть целью для всех стран.

— В чем эта цель? В том, что люди должны быть счастливы?

— Да, первая цель — рост ВВП и экономический рост, а вторая цель — счастье.

— Что еще влияет на наше счастье?

— Отдых влияет особенно сильно. Если государство не инвестирует в досуг граждан, мы станем менее счастливы.

— Работа — это счастье, и досуг — это счастье. Тут нет противоречия?

— В экономике есть модель, которая измеряет преимущества досуга и доходов. В соответствии с моделью вы работаете и добываете деньги, которые позволяют вам покупать продукты и услуги, и они приносят вам пользу. Чем больше вы работаете, тем больше денег вы зарабатывываете, и это сделает вас счастливее. Но чем больше вы работаете, тем меньше времени у вас будет — и тогда вы будете менее счастливы. Поэтому в традиционной экономике мы ищем оптимальные точки между доходом и досугом.

— Женатые люди счастливее, чем неженатые?

— Да, объяснение этого заключается в том, что женатый человек чувствует себя более стабильным, а стабильность — фактор счастья. Брак не обязательно является источником счастья, но при этом вы чувствуете стабильность. Это, конечно, в среднем, всегда будут и те, кто счастлив, когда не состоит в браке.

— Дети?

— Дети не обязательно являются причиной счастья, по крайней мере, мы не нашли тут связи. Причина в том, что со всем хорошим, что приносят дети, они также приносят тревоги и заботы.

— Кто счастливее: мужчины или женщины?

— В нашем исследовании в Израиле мы обнаружили, что женщины счастливее мужчин, но лишь незначительно. Одним из объяснений этого является то, что они проводят больше времени с семьей и более общительны, чем мужчины.

— Как возраст влияет на счастье?

— Нижняя часть графика равна 40. Мы наименее счастливы в возрасте 40 лет. На самом деле, исследования о счастье показали, что действительно существует «40-летний кризис» в том смысле, что мы находимся «на дне» счастья в этом возрасте.

— Где важнее всего инвестировать в счастье, с точки зрения государства?

— У людей старше семидесяти. Так как продолжительность жизни увеличивается, этот сектор вырос. Вопрос в том, как сделать счастливыми восьмидесятилетних. У некоторых из них нет хорошей пенсии, и они живут до 90 лет, а то и до 100, но даже если у них есть деньги, они не уверены, что счастливы.

— Почему?

— Потому что они лишены некоторых факторов, обуславливающих счастье, например, работы.

— Что должно делать государство?

— Государство играет определенную роль, и ему необходимо обеспечить население занятиями, в которых можно было бы добровольно участвовать. Волонтерство дает счастье, как работа, дает социальную среду, а также помогает кому-то повысить уровень счастья. В Великобритании существуют структурированные системы волонтерской работы для пожилых людей. С экономической точки зрения, также проявляется интерес к стране, где люди счастливы, потому что существует сильная связь между счастьем и ожидаемой продолжительностью жизни, здоровьем. Вы видите это в более счастливых странах, где люди здоровее и живут дольше.

— Кто самый счастливый человек в мире?

— Тот, кто работает и знает, чем заняться в свободное время. Кто имеет стабильный доход, умеет им распоряжаться и знает, как жить в обществе, то есть, он является частью чего-то. Конечно, есть объективные факторы.

— Например?

— Если вы живете в Сирии, это не ваша вина. Или если вы очень больны. Вы можете быть счастливы, даже если вы больны, но это дефект. Есть исследования победителей лотереи, которые выиграли миллионы и стали менее счастливыми, некоторые потеряли семью и друзей, а в конечном итоге и деньги.

— Тогда почему все хотят выиграть в лотерею?

— Потому что мы думаем, что деньги улучшат нашу жизнь. Это не так. Причина, по которой эти люди стали менее счастливыми, заключается в том, что они отказались от некоторых вещей, обеспечивающих счастье, например, перестали работать. Кроме того, из-за денег они потеряли друзей

— Может быть, это также характер?

— Конечно. 50 процентов счастья является генетическим. Без сомнения, мы рождаемся с этим, проблема в другой половине: как мы контролируем оставшиеся 50 процентов и улучшаем их. В Израиле счастье — не национальная цель.

— И все же мы находимся на высоком месте в рейтинге.

— Сейчас — да. Но Израиль не инвестирует в досуг и в рабочие места. Работа дает счастье не только потому, что вы работаете, но и как окружающая среда, и есть много мест в мире, где ясно видно сочетание работы с жизнью и досугом.

— Что еще нужно сделать?

— Необходимо создать инфраструктуру отдыха, а не просто говорить об этом. Люди хотят быть намного счастливее – не обязательно просто работать и зарабатывать много денег. Наша культура досуга недостаточно активна, мы слишком пассивны из-за использования технологий, поэтому мы менее счастливы.

— Виновато государство?

— Государство также должно заняться вопросами досуга, чтобы изучить, как создать более активный отдых, например, спортивные мероприятия, иначе с годами мы не будем на 11-м месте, а спустимся на 20-е. Люди не понимают, что сидение перед телевизором не делает их счастливыми. Нужно, чтобы человек в возрасте 30-40 лет знал, что делать со своим свободным временем.

— Что такое активный досуг?

— Все. Бегайте, играйте, рисуйте. И когда мы говорим об инвестировании в детей, смысл не в том, что их родители будут инвестировать, а в том, что государство поможет с инфраструктурой.

— Можно ли сделать людей счастливыми?

— Можно научить их создавать счастье. Это не сделает несчастного человека счастливым, но есть вещи, которые, если он это сделает, увеличат его счастье. Это не так сложно. Вы должны понимать преимущества счастья, и их много. Это не то, что «кто-то родился счастливым». Это ошибка. Нужно управлять счастьем. Вот почему нам нужен министр по вопросам счастья.

— Министр счастья?

— Конечно, кто-то, кто может говорить о счастье на каждом этапе принятия решений, кто сможет сделать счастье национальной целью. По правде говоря, уже есть страны, у которых есть министр счастья. В последние годы проблема национального счастья стала общемировой. В Израиле ее все еще игнорируют.

Ротем Штаркман

Источник: detaly.co.il

Реклама
Реклама
%d такие блоггеры, как: