Реклама
Последние новости

Авигдор Либерман: «Еврейскую кровь нельзя проливать безнаказанно»

Реклама

Нынешний дискурс по вопросу о смертной казни для террористов обязывает нас рассмотреть четыре связанных с ним основных вопроса:

image-1-7.jpg

1. В чем цель данного законотворчества — в наказании или сдерживании? Сможет ли подобный закон остановить того, кто уже решил совершить теракт и убить евреев, сознавая большую вероятность того, что во время теракта он и так не выживет? Позиция силовых структур заключается в том, что закон о смертной казни террористов не предотвратит будущее убийство, а напротив, только навредит и превратит любого террориста в шахида.

Несмотря на то, что я высоко ценю сотрудников силовых структур, все же не считаю этот аргумент достаточно убедительным. В прошлом мы слышали десятки мнений со стороны тех же сотрудников о том, что разрушение домов террористов способно предотвратить теракты. Поэтому говорить о том, что разрушение домов может предотвратить теракты, а смертная казнь — нет, мне кажется нелогичным. С моей точки зрения, закон о смертной казни способен в существенной мере удержать потенциальных террористов и снизить их мотивацию к проведению терактов, и я далеко не единственный кто так считает.

Полковник запаса Одед Песензон, один из судей, приговоривших к смертной казни Саида Бадарна, спланировавшего два теракта-самоубийства в 1994 году, объяснил свое решение следующим образом: «Я верил, что смертный приговор удержит других террористов. Никто этого никогда не пробовал. Необходимо, наконец, что-то с этим делать, и мы как военные суды должны внести свой вклад. Есть разница между такими организациями как ХАМАС, одна из целей которых – это уничтожение евреев, и им без разницы, что за этим последует, и террористами-одиночками, теми, кто готов детально спланировать убийство, при этом говоря себе, что его не поймают. Сегодня это способно удержать террористов, так же, как разрушение домов стало профилактикой для определенного количества семей, в которых имеются потенциальные террористы».

Но даже если мы согласимся с аргументом о том, что потенциальный террорист осознает вероятность своей гибели во время террористического акта, невозможно исключить тот факт, что он готов рискнуть, надеясь, что ему удастся убежать или выжить, попасть в тюрьму и быть выпущенным при очередной обменной сделке.

Только в прошлом месяце была обезврежена ячейка ХАМАСа из района Шхема, которая планировала похищение израильских солдат или граждан с целью заключения сделки по их обмену на террористов, сидящих в тюрьме. По факту, с момента первой «сделки Джибриля», заключенной в 1983 году, и до «сделки Шалита» включительно израильское государство освободило 7578 террористов, в том числе и самых гнусных убийц, таких как Самир Кунтар, которых впоследствии нам пришлось уничтожать. А после «сделки Шалита» семеро израильских граждан были убиты террористами, освобожденными из тюрем во время того обмена.

2. Может ли Израиль, просвещенное и либеральное государство, уважающее права человека, позволить себе применять смертную казнь в случаях особо жестоких террористических актов? Тут я упомяну только случай с террористом из Бостона, Джохаром Царнаевым, который совершил теракт во время знаменитого марафона в городе в апреле 2013 года. Суд присяжных в штате Массачусетс, который считается академической и научной столицей не только в Соединенных Штатах, но и во всем мире, единогласно вынес смертный приговор террористу. Более того, только за последние два года в США были казнены более 40 человек, а 70 человек приговорены к смертной казни.

3. Есть те, кто утверждают, что нет необходимости в новом законодательстве, поскольку в существующем законе есть пункт о смертной казни. Проблема заключается в том, что израильская прокуратура во всех случаях выступает против смертной казни, даже тогда, когда были совершены самые жестокие убийства. Однако в четырех случаях суд посчитал иначе и вынес террористам смертный приговор.

• В 1956 году трем «федаюнам» были вынесены смертные приговоры, однако впоследствии они были заменены на пожизненное заключение.

• В 1965 году террористу Махмуду Хиджази был вынесен смертный приговор, однако тот обжаловал вердикт в военном апелляционном суде, который в конечном результате присудил ему 30 лет тюрьмы.

• В 90-х годах военный суд в Дженине вынес Саиду Бадарне смертный приговор за участие в планировании и осуществлении двух терактов-самоубийств в Хадере и Афуле. И вновь военный апелляционный суд отменил приговор, заменив его тюрьмой, впоследствии Бадарна был выпущен из тюрьмы по «сделке Шалита» и вернулся к террористической деятельности.

• В 2003 году Раад Шейх, палестинский полицейский, осужденный за убийство двух израильских резервистов во время линча в Рамалле, был приговорен к смертной казни большинством из двух судей против одного. Поскольку действующий закон требует единогласного решения, он в конечном итоге был приговорен к двум пожизненным заключениям. Двое судей, вынесших смертный приговор, написали следующее: «Мы считаем, что нашей обязанностью является стоять на страже и кричать, что еврейская кровь не может проливаться безнаказанно».

Однако основная проблема заключается в том, что юридический советник правительства, единственный, кто имеет право давать указания прокуратуре в Израиле (как государственному прокурору, так и военному) категорически против смертной казни. Таким образом, единственный способ привнести изменения в данную политику – это с помощью законодательного процесса в Кнессете.

4. Вопрос о смертной казни для террористов включен в коалиционные соглашения, подписанные между НДИ и «Ликудом», перед нашим присоединением к коалиции, а все коалиционные партии проголосовали в Кнессете за это соглашение. Когда мы находились в оппозиции, мы продвигали проект закона о смертной казни, который был отклонен большинством голосов, включая депутатов от нынешней коалиции, призывающих сейчас к принятию этого закона. Только депутаты от НДИ поддержали данный законопроект.

Ввиду этого, в тот момент, когда я занял пост министра обороны, я попросил провести обсуждение по данному вопросу на заседании кабинета министров. Заседание состоялось в июле 2016 года, однако, к моему сожалению, поддержку я тогда не получил. Я верю, что смертная казнь станет фактором сдерживания для террористов и даст понять всему миру, что еврейскую кровь нельзя проливать безнаказанно.

Авигдор Либерман

Источник: 9tv.co.il

Реклама
Реклама
%d такие блоггеры, как: