Реклама
Последние новости

Как румынский еврей доказал вину 22 офицеров СС

Реклама

Не каждый день нам встречаются люди, которые сделали для истории столько же, сколько этот бойкий старичок. Бенджамину (Берилу) Ференцу сегодня 97 лет и он чуть выше 150 см, но в свое время именно этот маленький человек был обвиняющим на слушаниях по самому громкому делу об убийствах в современной истории.

Зал суда, на котором он выступал, находился в Нюрнберге, на скамье подсудимых сидели нацисты, которых обвиняли в хладнокровном убийстве более миллиона мужчин, женщин и детей. Ференц — последний из доживших до сегодняшнего дня обвинителей в деле против офицеров СС. Интервью у него взял канал CBS. 

620x260_8ce16aac6a678854263f0f2b62001f08_c.jpg

Бен Ференц следит за своим здоровьем — ежедневно плавает и ходит в спортивный зал. Многие считают его самым солнечным человеком в мире, но он наверняка еще и один из самых крепких, как минимум в своей возрастной группе. Но чтобы он сегодня мог жить так, как ему хочется, Ференцу пришлось через многое пройти.

70 лет назад в Нюрнберге судили сначала высокопоставленных нацистов, а затем фигур помельче. Среди второго эшелона были 22 офицера СС, которые отвечали за убийство более миллиона людей. Но не в лагерях, а в провинциальных городках и селах по всей Восточной Европе. И эти 22 преступника избежали бы правосудия, если бы не Бен Ференц.

Лесли Стал: Вы так молодо выглядите на фото.

Бен Ференц: Я и был молодым. Мне было 27.

Лесли Стал: А раньше доводилось выступать от обвинения?

Бен Ференц: Никогда. Я до тех событий и в суде никогда не был.

Ференц, который родился в бедной семье в Румынии, иммигрировал в США с родителями еще ребенком. Вырос он в одном из районов Нью-Йорка. Семья была большой, его отец с горем пополам устроился охранником и еле всех тянул.

 

Бен Ференц: Когда я пошел в школу в 7 лет, то не говорил по-английски — мы дома говорили на идише, — и меня не взяли. Я был очень маленький, учить меня было некому. Немые фильмы, на которые нас иногда водил отец, всегда были с титрами, но когда я спрашивал у отца «Вазукас?»(на идише: «Что там написано?»), он тоже не мог прочитать.

Ференц был смышленым, со временем все-таки пошел в школу и стал стал первым в семье, кто поступил в колледж, а потом получил стипендию на обучение в Гарвардской юридической школе. Когда японцы напали на Пёрл-харбор, он, как и многие другие его сокурсники, захотел пойти в армию добровольцем. Он мечтал стать пилотом, но в ВВС его не приняли.

Бен Ференц: Они сказали: «У тебя не хватает роста, ты попросту не дотянешься до педалей». На флоте мне просто посоветовали: «Парень, оставь эту затею».

Он закончил Гарвард и снова пошел в военкомат. Его взяли, но не в войска, а в канцелярию — в составе артиллерийского батальона Бен оказался в Нормандии и принял участие в Арденнской операции. Ближе к концу войны его перевели в новую часть 3-й американской армии под командованием Джорджа Патона. Так как у Ференца было юридическое образование, ему поручили заниматься фиксацией военных преступлений. Американские войска освобождали концентрационные лагеря, и работа Бена заключалась в том чтобы по горячим следам документировать события и собирать улики. Ференц признается что его до сих пор преследуют воспоминания о том, что он тогда увидел в лагерях. И он до сих пор помнит истории, которые рассказывали бывшие заключенные.

 

Бен Ференц: Один из заключенных умер, как раз когда мы входили в лагерь. Он хранил кусочек хлеба для сына под рукой, чтобы никто не смог увидеть и украсть этот сухарик. Кажется, что все эти истории просто не могут быть правдой. Но они не выдумка, они — самая настоящая правда.

Ференц вернулся домой и женился на девушке, с которой давно встречался. Он поклялся, что больше ноги его не будет в Германии. Но судьба распорядилась иначе. Генерал Тельфорд Тейлор, который занимался делами Нюрнбергского процесса, пригласил Бена руководить группой исследователей в Берлине. Один из членов этой группы обнаружил схрон с документами с грифом «Совершенно секретно» под развалинами здания, в котором располагалось министерство иностранных дел Германии

Бен Ференц: Он дал мне стопку с четырьмя папками. Это были ежедневные отчёты с Восточного фронта — там значилось, какие части СС в какой город вошли и сколько людей убили, по категориям: цыгане и евреи и другие.

Ференц наткнулся на отчеты, которые секретные части СС, Айнзацгруппы, отправляли в генштаб. Они должны были следовать за германской армии по мере ее продвижения по территории Советского Союза в 1941 году и убивать коммунистов, цыган и особенно евреев.

Бен Ференц: В этих частях было 3000 офицеров СС, которые должны были без сожаления убивать каждого еврея — мужчину, женщину или ребенка, — на своем пути. Следов они практически не оставляли. Есть только одна видеозапись работы Айнзацгруппы, и смотреть ее со спокойным сердцем просто невозможно.

 

Бен Ференц: Это была стандартная отлаженная операция: они окружали евреев, собирали их в группы, вешали на них мишени, пускали бежать и стреляли по ним.

Лесли Стал: Фактические евреи бежали навстречу своей смерти?
Бен Ференц: Да. И среди на той записи них был даже раввин. Они загнали их канаву и там расстреляли.

Эта видеозапись всплыла только несколько лет после тех страшных событий. Когда Ференц работал с архивами, у него на руках были только бумаги. И тогда он начал подсчитывать количество жертв.

Бен Ференц: Когда по моим подсчетам набралось уже больше миллиона убитых таким образом — а это больше людей, чем вы когда-либо встречали в своей жизни, — я взял часть этих документов, сел на самолет из Берлина в Нюрнберг и сказал Тейлору: «Генерал мы должны отнести это в суд».

Судебные разбирательства тогда уже шли, и крайне сложно было добавить новых обвинителей. Тейлор сказал Ференцу, что еще одно дело в суд просто не примет — некуда.

Бен Ференц: Тогда я сказал: «У меня есть доказательства массовых убийств на уровне, ранее невиданном. Давайте присоединим эти обвинения к делам, которые уже рассматриваются». Он ответил мне: «Ты можешь этим заняться?», и я сказал, что смогу.

 

Так 27-летний Бен Ференц стал главным обвинителем 22 Айнзацгруппы на 9-м судебном процессе в Нюрнберге.

Судья: Считаете ли вы себя виновным в том, в чем вас обвиняют?
Обвиняемый: Nicht schuldig.
Бен Ференц: Обычный ответ, nicht schuldig. Не виновен.
Судья: Виновен или нет?
Обвиняемый: Nicht schuldig.

Но Ференц знал, что они виновны, и мог это доказать. Не вызывая ни одного свидетеля, он представил суду «рабочие» отчеты самих обвиняемых, в которых было записано все, что они сделали. Свидетельство №111: «За последние 10 недель мы ликвидировали около 55 тысяч евреев», Свидетельство №179 из Киева, 1941 год: «Евреям сказали явиться на перепись… пришло около 34 тысяч евреев, включая женщин и детей. После этого им было приказано сдать одежду и ценные предметы, затем всех их уничтожили — ликвидация заняла несколько дней». Свидетельство № 84 Айнзацгруппы D, март 1942 года: «Общее количество уничтоженных на сегодняшний день — 91 678». Командиром Айнзацгруппы D был главный обвиняемый Ференца Отто Олендорф. Он не отрицал убийства, но нагло заявлял, что они были самозащитой.

Бен Ференц: Он не стеснялся этого факта, он им гордился. Он исполнял приказы руководства.

Отто Олендорф

Лесли Стал: Как вы удержались, чтоб его не ударить?

Бен Ференц: Был только один момент, когда я действительно чуть это не сделал. Когда один из обвиняемых сказал: «Что? Евреев расстреливали? Впервые слышу об этом от вас», у меня внутри все закипело. Если бы у меня был штык, я бы перескочил через ограждение и воткнул острие тому человеку прямо в ухо — да так, чтоб штык прошел через всю голову. Понимаете, о чем я? У меня были отчеты с указанием количества тех несчастных, беззащитных и невинных людей, которых он убил.

Лесли Стал: Вы смотрели в лицо обвиняемым?

Бен Ференц: Их лица были пустыми, все это время. Они выглядели так, будто стояли на остановке и ждали автобус.

Лесли Стал: А что вы чувствовали?

Бен Ференц: Во мне до сих пор все бурлит.

Всех 22 обвиняемых признали виновными, а четверых из них, включая Олендорфа, повесили. Ференц говорит, что его цель с самого начала заключалась в том, чтобы соблюсти закон, чтобы в будущем такие преступления никто даже не подумал совершать.

Лесли Стал: Встречали ли вы военных преступников, которые, не случись война, были бы самыми обычными, законопослушными людьми?

Бен Ференц: Конечно. Эти люди никогда не стали бы убийцами, если бы не война. Эти люди цитировали Гете, любили Вагнера, они были вежливы.

Лесли Стал: Что превращает человека в дикого зверя?

Бен Ференц: Эти люди не дикие. Они умные, они патриоты.

Лесли Стал: Но тем не менее, они превращаются в зверей, когда совершают такие убийства.

Бен Ференц: Нет, в представлении такого человека он — патриот, который действует в интересах своей страны. Неужели вы думаете, что человек, который сбросил ядерную бомбу на Хиросиму, был варваром? Война делает убийц из достойных людей, за эти годы я это понял.

 

Вторую половину жизни Ференц потратил на то, чтобы предотвращать войны и военные преступления при помощи международного суда — такого, каким в свое время был Нюрнберг. Он отпраздновал личную победу, когда в 1998 году в Гааге учредили Международный уголовный суд. На первом деле, которое слушалось в этом суде, Ференц произнес заключительную обвинительную речь.

Ференц — легенда в мире международного права, и он до сих пор работает в этой сфере. Он никогда не устанет продвигать свои идеалы, и не жалеет даже собственные накопления для активной работы Инициативы по предотвращению геноцида, запущенной на базе Музее холокоста. Он говорит, что благодарен за жизнь, которую прожил в США, и теперь хочет вернуть долг.

Лесли Стал: Вы такой идеалист.

Бен Ференц: Я не думаю, что я идеалист. Я реалист. Я вижу улучшения, и они существенные. Посмотрите, какие плоды дала эмансипация женщин. Вы — женщина и сидите здесь. Посмотрите на политику относительно однополых браков. Раньше, если бы я сказал, что мужчина может стать женщиной, а женщина — мужчиной, что мужчина может жениться на мужчине, на меня бы посмотрели косо и покрутили бы пальцем у виска. Но сегодня это реальность. Мир меняется. И не нужно впадать в отчаяние только потому, что чего-то еще не произошло. Все однажды происходит в первый раз.

Источник: cbsnews.com          через: jewishnews.com.ua

Реклама
Реклама
%d такие блоггеры, как: